М., Юргенсон, 1900. Ор. 18, Ќ 2 - "Как над горячею золой..." М., Юргенсон, 1902. Асафьев Б. В. Весна. Пять стихотворений Тютчева. М., Музгиз, 1948...
А какой я сатана? Она всегда не в духе. И я не съел, а проглотил, не жевавши, так как всегда бываю голоден. Вчера, например, она не дала мне обедать...
Indeed, Maisie rather liked the unwonted sense of space and freedom which was given by this easy access to the world without; and, as the windows were secured by great shutters ..
Она старательно лизала папиросную бумагу. Кажется, нас всех
забрало, даже ее.
Когда мы вернулись в Касу, Матильда сграбастала мой член. Киска у нее была
огромная, но мускулистая и пахла каникулами. Ее волосы воняли коноплей.
Она орала так громко, что Жан-Жоржу пришлось занять ее рот, чтобы
заткнулась; потом мы поменялись местами, а в итоге дружно эякулировали на
ее большие крепкие сиськи. Я кончил и тут же проснулся - весь в поту,
умирая от жажды. Настоящему отшельнику не следует увлекаться экзотическими
травками.
Через пять дней будет ровно три года, как я живу с Алисой.
IV
День X - 4
Мужчина без женщины дичает: несколько дней одиночества - и он перестает
бриться, мыться, урчит по-звериному. Человеку понадобилось несколько
миллионов лет, чтобы прийти к цивилизации, а вернуться в неандертальское
состояние можно дней за шесть. Я все больше похожу на обезьяну. Чешу между
ног, ковыряю в носу и ем козявки, хожу раскорякой. За столом набрасываюсь
на жратву, ем руками, закидываю в себя, как в помойку, все подряд: колбасу
со жвачкой, сырные чипсы с молочным шоколадом, кока-колу с вином. После
еды рыгаю, пукаю и харкаю. Вот вам портрет молодого французского
писателя-авангардиста.
Алиса явилась сюрпризом. Она закрыла мне руками глаза на рынке в Моле,
хотя я ждал ее приезда только через три дня.
- Угадай, кто это?
- No se[Не знаю (исп.)]. Матильда?
- Мерзавец!
- Алиса!
Мы упали друг другу в объятия.
- Ну ты даешь, вот это сюрприз так сюрприз!
Черт, кто меня тянул за язык?
- Признайся, ты ведь не ждал меня, а? Кстати, кто такая Матильда?
- Да так... Жан-Жорж вчера подцепил аборигенку.
... (А Снежок прекрасно
понимал речь и девочки и мальчика. Мы думаем, что собаки не понимают нас,
потому что мы сами не понимаем их языка. А на самом деле собаки
выучиваются у людей разным штукам именно потому, что понимают человеческую
речь. А вот мы не понимаем их и потому не можем научиться у них ни
находить дорогу в темноте, ни различать еле заметный запах, ни многому
другому, что они знают лучше нас.)
- Как что за собака? Это я, Снежок!
Но девочка по-прежнему смотрела на него неприязненно.
- Может быть, это брат соседского Кляксы?
- Пожалуй, - рассудительно ответил мальчик. - Эта собака тоже совсем
черная.
Снежок почувствовал, как шерсть на спине у него становится дыбом.
Совсем черный! Не может быть! Ведь он еще щенком был белый, как молоко.
Снежок посмотрел на свои лапы - да, эти лапы, да и не только они - и
грудь, и брюхо, и его прекрасный пушистый хвост - все было черное, как дно
сковороды. Черное, без единой отметинки черное!
Снежок стал скакать, метаться и громко лаять.
- Ой, Харуо-сан, я боюсь! Эта собака, наверно, бешеная! - жалобно
захныкала девочка. Но мальчик был храбрый. Снежок вдруг получил сильный
удар в левый бок. И вот уж опять палка свистит над самой его головой.
Снежок еле увернулся и сейчас же со всех ног помчался опять к изгороди,
туда, где в тени платана стояла выкрашенная в светло-желтый цвет собачья
будка. Добежав до будки, Снежок оглянулся на своих маленьких хозяев и еще
раз пролаял:
- Девочка! Мальчик! Ведь я ваш Снежок! Пусть я черный, но я все тот же
самый Снежок!
Голос у Снежка прерывался от горя и гнева. Но ведь девочка и мальчик не
могли его понять. Девочка с досадой топнула ногой, проговорив: "Вот
противная собака! Все еще лает!" А мальчик - мальчик подобрал с дорожки
несколько камешков и со всей силой кинул их в Снежка.
- Ишь расселась! Вот тебе! Вот тебе!
Камешки так и летели в Снежка...
