- Вали, торгуй своими гиацинтами, Гиацинтщица. Это портрет, сказал Хуберт, вобравший пороки нашего поколения во всей полноте их проявления...
д. Всякий хоронит дальше свою душевную жизнь; всякий так и смотрит на вас, как будто говорит: "ведь я сюда пришел, чтоб танцевать или чтоб прическу пока..
Вскоре должны были они познакомиться и с Вилусией: когда в VIII в. до н. э. будет создаваться "Илиада", холм Гиссарлык будет покрыт развалинами и ..
А вы-то сами уверены, что узнаете себя, когда талдычите
заученный урок, изо всех сил стараясь не смотреть на свеженьких девочек,
от которых светлее на улице.
На третий год вы уже не стараетесь не смотреть на свеженьких девочек, от
которых светлее на улице. Вы больше не разговариваете с женой. Проводите с
ней долгие часы в ресторане, слушая, что лопочут соседи по столу. Вы с ней
все чаще бываете вне дома: это повод, чтобы не трахаться. А вскоре
наступает момент, когда вы не можете больше выносить свою половину ни
секунды лишней, потому что влюбились в другую. Только в одном вы не
ошиблись: последнее слово действительно всегда остается за жизнью. На
третий год у вас две новости - хорошая и плохая. Хорошая новость: вашей
жене все обрыдло и она от вас уходит. Плохая новость: вы начинаете новую
книгу.
II
Развод по-праздничному
Когда едешь поддатый, главное - целься между домами и не промахнись. Марк
Марронье жмет на газ, в результате чего его мотороллер набирает скорость.
Он лавирует между машинами. Те мигают ему фарами, гудят, когда он их
задевает, прямо как на свадьбах в сельской местности. Вот ведь ирония
судьбы: Марронье-то как раз празднует свой развод. Сегодня он совершает
турне по маршруту № 5-бис, и на счету каждая минута: пять мест за вечер
("Кастель" - "Будда" - "Бюс" - "Кабаре" - "Куин") - это уже круто, а
прикиньте, что 5-бис, как явствует из названия, выполняется дважды за ночь.
В таких местах он часто бывает один. Светские люди вообще одиночки,
затерявшиеся в море смутно знакомых лиц. Они приободряются, пожимая руки.
Каждый новый поцелуй - трофей. Они тешат себя иллюзией собственной
значимости, здороваясь со знаменитостями, хотя сами в жизни ни черта не
сделали. Бывать они стараются только там, где шумно, - можно не
разговаривать. Праздники на то и даны человеку, чтобы скрывать, что у него
на уме.
... Они приступили к ней с лукавыми вопросами, и легковерная красотка откровенно призналась, что она любит и - взаимно любима. "А почему ты так думаешь?" - спросили родители в один голос. "Ах! - отвечала дочь со вздохом, потупя прелестные глаза в землю, - могла ли я не заметить этого из взоров Ипполита, из его вздохов, из замешательства, какое овладевает им, когда нам случалось оставаться одним, - и наконец..." - "А что наконец?" - спросили устрашенные отец и мать. "Когда Ипполит в последний раз уходил отсюда, - отвечала дочь, - мы были тогда в саду, - он взял мою руку, прижал к своей груди и спросил дрожащим голосом: "Чувствуешь ли, прелестная, как бьется это сердце? Ах! оно более не мое; оно принадлежит тебе, Богомилия!" - Я хотела что-то отвечать ему, но он поспешно удалился, и вот уже целые шесть дней я не видала его подле себя!"- "А где же видела?" - спросил отец нетерпеливо. "Он каждый день, - отвечала дочь, - более десяти раз обходит вокруг забора нашего сада, смотрит сквозь дыры, и хотя я знала, кого он высматривает, однако сегодня только два раза подходила к забору и не более сказала ему, как только, что и я люблю его от всего сердца". - "Порядок! - сказал отец, глядя значительно на жену. - Я не ожидал этого!" Невинная Богомилия умела понимать только взоры Ипполитовы, ибо они были для нее новы; прочих же всех казались ей весьма обыкновенными и нестоющими догадок. Она спокойно смотрела на удаление родителей и занялась мыслями о приятностях следующего дня, который был праздничный, следовательно, она может говорить с Ипполитом гораздо удобнее, чем сквозь дыры плетневого забора. По окончании литургии, в назначенный час, наш витязь не преминул явиться в обширном доме Никанора. Любовь, как говорят и пишут, слепа, а в добавок я скажу, что она очень часто и других считает слепыми, хотя они весьма зрячи. Вместо прежних милостивых приемов хозяева встретили его грозными взорами. Ипполит причел это какой-нибудь домашней неприятности, подошел к ним с улыбкою, и, низко поклонясь, спросил: "А где ж Богомилия? Здорова ли она, весела ли?" - "Нечестивец! - сказал Никанор ужасным полуголосом, - если ты осмелишься впредь хотя подойти близко к моему дому, то я велю проучить тебя добрым порядком"...
